Горе тому, кто останется жив, когда изменяют его судьбу, когда зачеркнув все, что было, запишут поверху на прежнее место...
*прошел вдоль всего длинного стола, касаясь его рукой - вроде бы все в порядке, ничего не забыли... Но... лаадно... общую нервозность отнесем на счет общей нервозности перед предстоящим серьезным событием.*
*отпустил, шагнул в сторону, а грудь все продолжала увеличиваться. И было в ней все - вес, ощутимость, тепло... Словно она на этом месте была всегда* Скоро начнут прибывать гости.
Горе тому, кто останется жив, когда изменяют его судьбу, когда зачеркнув все, что было, запишут поверху на прежнее место...
*придерживая хаори ладонью, цветом уже напоминая мак* Ума не приложу, как же Мацумото-сан с этим ходит. *поднялся* Да... переодеться просто жизненно необходимо
*Халлибел сразу поняла, что от нее нужно. Она всегда была умной девочкой. И одежду Кире подобрали быстро. Блузку с глубоким вырезом и широкие хакама, едва держащиеся на бедрах*
Горе тому, кто останется жив, когда изменяют его судьбу, когда зачеркнув все, что было, запишут поверху на прежнее место...
*Через некоторое время выглянул из-за ширмы, цветом лица соперничая с самыми алыми из маков* Айзен-сама... я не уверен что так лучше *все же вышел немного сутулясь и нервно одергивая блузку. С хакама он уже не пытался ничего делать )) зато так кроме груди обнаружились еще и роскошные бедра и тонкая талия*
*Халлибер подошла к Кире и положила ему на спину руку* Выпрямись! Не сутулься. Что за походка? *пробасила она* Слушай ее, Кира-кун, и все будет хорошо. И, думаю, это будет прекрасный подарок для Ичимару-куна.
Слушай ее, Кира-кун, и все будет хорошо. И, думаю, это будет прекрасный подарок для Ичимару-куна.